«В своих песнях я рассказываю себя»

В том, что популярный журналист – Элла Аграновская является неоднократным лауреатом премий Союза журналистов Эстонии и Союза кинематографистов Эстонии, в том, что Американский Биографический Институт назвал ее « Женщиной года-1999», а Международный Биографический Центр в Кембридже (Англия) пожелал украсить ее именем весомый фолиант «500 основателей ХХ1 века», определенную роль сыграла «Молодежь Эстонии» - одно-единственное, постоянное место работы этого журналиста, редактора приложения «Суббота», автора телепрограмм « Любимец публики», «Короткие встречи» и «Формула успеха» (в содружестве с кинооператором Николаем Шарубиным).
Нет ничего удивительного в том, что книга « Плаха для стрекозы, или С нескрываемым обожанием», вобравшая в себя беседы с такими замечательными людьми, как Евгений Леонов, Иннокентий Смоктуновский, Андрей Тарковский, Булат Окуджава, Алла Пугачева, Никита Михалков, Михаил Жванецкий и др., повествует также о жизни редакции газеты» Молодежь Эстонии». А занятные подробности этой странной и счастливой жизни читатель узнает, прочитав « Плаху для стрекозы».
В числе героев новой книги о звездах эстрады, театра и кино, которая в настоящее время готовится к изданию, а также телепрограмм и фильмов Э. Аграновской и Н. Шарубина – легендарный певец и композитор ТОТО КУТУНЬО.

Певец и композитор Тото КУТУНЬО в беседе с Эллой АГРАНОВСКОЙ.

Впервые он увидел ее на морском берегу и сразу понял: это судьба. И не ошибся: они вместе уже больше 35 лет. Эта замечательная пара всегда считалась едва ли не самой образцовой в артистическом мире Италии, и мало кто знал о драме, постигшей эту семью.
Они всегда хотели ребенка, и он должен был появиться на свет. Но случилась беда, и стало ясно, что детей у них больше не будет никогда. Она была в отчаянии. А он, чтобы оградить ее от назойливых вопросов, говорил, что не будет их по его вине.
Однажды в самолете он познакомился с красивой девушкой вдвое моложе его, по имени Кристина. И у этой встречи было продолжение: на свет появился мальчик.
Он во всем признался жене, сказал, что по-прежнему ее любит и не хочет разрушать семью.
Она нашла в себе силы понять и простить…

- Однажды Вы сказали, что у Вас нет никакого образа, Вы никогда не играете, никого не изображаете, что на сцене вы такой, как в жизни. Но в те времена у Вас не было огромного публичного успеха, потому что песни ваши исполняли известные певцы. Как Вы думаете, нахлынувшая популярность как-то повлияла на Ваш характер?

- Если в жизни у Вас заболит голова, Вы примете таблетку и приляжете отдохнуть. Но когда Вам нужно выходить на сцену, уверяю Вас, Вы забудете даже о таблетке, потому что находитесь во власти совершенно других ощущений. Я выхожу на сцену, вижу огромный зал – и принадлежу тем, кто меня слушает. Там, на сцене, я такой же естественный, такой же спонтанный, как в жизни, но постоянно сознаю свою ответственность и отдаю зрителям свою душу, свое сердце. И в этом смысле я совершенно такой, как в жизни.

- Часто на концерте Вы приглашаете кого-то из зрителей на сцену…

- Да…

- И поете свою песню как бы исключительно для этого человека…

- Да, да…

- Это спектакль? Это сценический прием?

- Для меня пригласить людей на концерт – это все равно что пригласить их к себе домой в гости. Мы собираемся в зале, чтобы посидеть вместе, поговорить о самом сокровенном. Я должен чувствовать своих слушателей, я должен видеть, что они меня чувствуют. Мне хочется видеть рядом с собой чуткого, понимающего человека, хочется видеть его глаза. Иногда на концерте у меня возникает желание подойти к человеку в зале, коснуться его рукой. Но вообще здесь все зависит от публики, от ее эмоций, от того, как меня воспринимают зрители, насколько чутко реагируют на то, что я им пою.

- У Вас фантастически мелодичные, бесконечно трогательные песни! Они рождаются в вашем сердце, в мыслях или за инструментом?

- Благодарю Вас! Каждая моя песня – это история, и все мелодии рождены моей душой и только ею. В жизни я очень чувствительный, очень восприимчивый человек. И если Вы расскажете мне какую-нибудь историю, и она затронет мое сердце, я не только обязательно ее запомню, но могу сделать песней. И когда я пою, всегда надеюсь, что люди чувствуют, что все это, возможно, случилось с ними. Я пою истории, которые прожил и которые когда-то услышал. Да, да, каждая моя песня – это история из жизни, из моей жизни, из Вашей жизни.

- Когда я впервые услышала Вашу песню «Время уходит», мне показалось, что поняла не только общий смысл, но и слова, которых не знала. А когда мне перевели текст, убедилась в том, что все поняла почти дословно.

- Как прекрасно! Я счастлив, когда через мою музыку люди могут понять, о чем я пою, когда вроде бы непонятные слова отзываются в сердце.

- Как Вы думаете, этот дар у Вас благодаря родителям или дан вам свыше?

- Несомненно, способность создавать песни – это дар. Думаю, передался он мне от папы с мамой. Я написал около 250 песен, и даже если некоторые не очень удачные или не очень известные, я вложил в них столько души и отношусь к ним с такой же нежностью, как и к тем песням, которые стали очень популярными.

- Ваши песни исполняли многие знаменитые певцы, но мне кажется, что лучше других их поете вы сами.

- Благодарю Вас.

- Уверяю Вас, это не комплимент.

- Надеюсь. Потому что в свои песни я вкладываю столько чувств и столько души, что, когда их пою, получается, рассказываю самого себя. А мне по жизни есть что рассказать.

- Вы счастливый человек?

- Мне кажется, счастья как бесконечно длительного, как постоянного состояния не существует. Счастье может охватывать тебя в какие-то моменты, эти моменты могут быть даже довольно долгими, но все равно это лишь ограниченные отрезки времени. У меня есть замечательный сын, которому тринадцать лет, его зовут Нико. В своей жизни я достиг того, что могу сам зарабатывать деньги, иметь все, что захочу, и делать все, что хочется. Я в прекрасной физической форме, что немаловажно. Вообще я счастливый человек. Но если бы можно было повернуть время вспять, я отказался бы от всего, что имею, лишь бы вернуть своих родителей, которых мне очень не хватает. Конечно, это естественное чувство любого сына или дочери, но я был так молод, когда их потерял, и это чувство утраты живет во мне постоянно. Оглянувшись на свою жизнь, могу сказать, что я удачливый человек. Но, наверное, как в каждом, во мне живет желание достичь чего-то большего. Быть может, это и хорошо, но не совсем справедливо, потому что каждому из нас следует уметь смотреть по сторонам, видеть, как несовершенен мир, как плохо живется, например, африканским и латиноамериканским детям. Не везде и не всем так хорошо, как тебе. Поэтому ты должен помогать людям, которым хуже, чем тебе. И тогда почувствуешь, что ты, действительно, счастливый человек, потому что у тебя есть все.

- Ваше подлинное имя – Сальваторе, меж тем всю жизнь Вас зовут детским именем Тото…

(Продолжение беседы - в следующем номере).

Элла Аграновская

Фото Николая Шарубина